ОБ ОТНОШЕНИИ ПРАВОСЛАВНЫХ К АБОРТАМ: ЗАПРЕТ ПОЛНЫЙ ИЛИ ОГРАНИЧЕННЫЙ?

В последний месяц неожиданно обострилась полемика вокруг абортов. Ну как неожиданно, ну как полемика. Вероятно, осеннее обострение стало реакцией на сбор православными активистами 1.000.000 (одного миллиона) подписей за запрет абортов в России. А что касается полемики, то при формальной справедливости этого выражения, трудно назвать стороной полемики моральных (а иной раз и действительных) каннибалов и маньяков выступающих против запрета абортов, а их отстаивание абортов — навязыванием своей позиции в споре. Нет,  это натуральное  беснование, при котором люди осатанело встают на защиту абсолютного и беспримесного зла.
Но полбеды, что есть такие люди. Хуже всего то, что среди вроде бы как православных находятся лица рьяно отвергающие единственно возможную (для православных) позицию по отношению к абортам.
Чтобы наглядно объяснить эту позицию, необходимо последовательно рассмотреть данный вопрос.
Все аборты суть убийства невинных детей. Узаконенные аборты есть узаконенные убийства невинных детей. В православном христианстве убийство является тяжким грехом и большим беззаконием (заповедь «Не убий» (Исх.20:13). Соответственно, православные никогда и ни при каких обстоятельствах не могут занимать и публично декларировать позицию, допускающую узаконенные убийства невинных детей. Это невозможно допустить не презрев заповедь «Не убий». Убийства детей недопустимы ни в каком качестве и ни в каком количестве, и, тем более, недопустимо законодательное оправдание такого безумия. Поэтому публичная позиция православных может быть только одна — требование полного запрета абортов здесь и сейчас.
И с этим невозможно поспорить, не наплевав на жизни убиваемых младенцев и на Закон Божий. Только такую позицию должны занимать православные.
Другое дело — практика действий православных христиан, направленная на противодействие абортам. Здесь спасение каждой человеческой жизни важно. Православные могут и даже должны («спасай взятых на смерть» (Притч.24:11)) любыми способами добиваться снижения количества убийств. Необходимо всеми возможными мерами ограничивать, сокращать, останавливать действующий конвейер детоубийств.
Но нельзя путать публичную позицию и практические действия. Православные не могут примиряться со злом ни в какой его части (тем более таким смертоносным). Невозможно соглашаться на ограниченное зло, а в данной ситуации — на ограниченные детоубийства. Требовать запрета только бесплатных / «социальных» (по «социальным» «причинам») абортов, тоже, что согласие и допущение платных и не-социальных абортов. А это немыслимо для православного человека.
Да, мы можем быть довольны тем, что запретив, например, т.н. «социальные» аборты, количество детских убийств сократится и будут спасены хотя бы некоторые человеческие жизни. Да, мы можем различными путями стремиться  к этому сокращению. Но при этом мы должны добиваться только полного запрета, только такую позицию мы можем декларировать.
И здесь нет никакого противоречия. Есть вера в Бога, и есть маловерие и плотское мудрствование. Верующие, верящие Богу, не идут на сделку с совестью, они не соглашаются ни на одно детоубийство — они знают, что должны мужественно стоять на позиции истины, а Господь остановит существующее беззаконие. Маловеры же, погрязшие в плотском мудровании, больше верят в свои силы. Они, вероятно, думают без Бога сделать доброе дело. А без Бога это невозможно: «без Меня не можете делать ничего» (Ин.15:5).
Нужно твердо противостоять злу, верить Богу, и, исходя из текущих  возможностей, противодействовать массовым детоубийствам. «Истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда», и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас» (Ин.17:20).
Православная позиция одна: полный запрет детоубийств, здесь и сейчас.