ПРИЗНАКИ ПОДЛИННОЙ МИЛОСТЫНИ

Признаки подлинной милостыниПризнаки подлинной милостыни. Святитель говорит о целом ряде признаков подлинно христианской милостыни. Среди них наиболее важны­ми является следующие три.
Во-первых, милостыню обязаны давать все, не только богатые, но и бедные. Абсолютная величина милостыни здесь не играет значения. Златоуст пишет:
   «Я часто говорил и теперь повторяю: важность милостыни измеря­ется не количеством подаваемого, но расположением подающего. Вы зна­ете о вдовице; хорошо всегда на память приводить этот пример, дабы и бедный не отчаявался, представляя ее, положившую две лепты» /VII:229/.
   «Не богатым только, говорит (Апостол — Н.С.), внушаю это, но и бедным; не свободным только, но и рабам; не мужам только, но и же­нам; пусть никто не будет свободен от этого служения, ни лишен при­были, но пусть всякий делает пожертвование. И бедность не может быть препятствием к такому пожертвованию» /III:269/.
Во-вторых, милостыню необходимо давать всем без разбора, в том числе и — по нашему мнению, недостойным. Мы не имеем право выбирать, кому дать милостыню.
   «Милостыней потому и называется, чтобы мы подавали и недостой­ным. Милующий не исправного, а согрешившего милует; исправный досто­ин похвал и венцов, а грешник милости и снисхождения. Таким образом мы и в этом будем подражать Богу, если будем давать порочным» /III:294/.
   «Иное — судия, иное — податель милостыни. Милостыня потому так и называется, что мы подаем ее и недостойным» /I:807/.
Златоуст обрушивается на тех, кто отказывает в милостыне из-за притворства нищих:
   «Если он и претворяется, то претворяется по бедности и по необ­ходимости, по причине твоего жестокосердия и бесчеловечия, требующе­го такого притворства и иначе не преклоняющегося на милость» /X:208/.
   «Но для чего, скажешь, они обнажают изувеченные члены? Из-за те­бя; если бы мы были сострадательны, им не было бы нужды прибегать к таким средствам» /XII:669/.
Обратимся теперь к третьему свойству подлинной милостыни. Оно, по Златоусту, заключается в том, что отдать нужно всё. Требование, на первый взгляд, неисполнимое и не соответствующее нашим представ­лениям о милостыне. Но мы уже знаем, что спастись богатому можно только отдав все. Но если это возможно для богатого, то тем более возможно и для бедного. Златоуст не раз приводит пример евангельской вдовы, которая, положив в сокровищницу две лепты, отдала все. Иное, более скупое подаяние, святитель и не считает милостыней:
   «Но для чего я напрасно говорю это людям, которые не хотят даже отказаться от привязанности к деньгам, считают их как бы бессмертны­ми и, если подадут только малое из многого, то думают, что уже ис­полнили все? Нет, это — не милостыня; милостыня — (подаяние) той вдовы, которая пожертвовала «все житие свое» (Мк.12,44)». /XII:233/.
Итак, подлинная милостыня — милостыня щедрая:
   «Ты говоришь: я подал. Но не должно прекращать подаяний. Тогда только ты можешь иметь извинение, когда сам не имеешь, когда сам ни­чем не обладаешь. Доколе же у тебя чего-нибудь есть, то хотя бы ты подал и тысячам нищих, но пока еще есть другие алчущие, тебе нет из­винения» /X:627/.
Святитель ссылается и на ап. Павла:
«Дающий же семя сеющему и хлеб в пищу подаст обилие посеянному вами и умножит плоды правды вашей» (2 Кор.9,10):
 «Так как он требует не просто милостыни, но милостыни щедрой, то постоянно называет ее семенем. Подобно тому, как семя, брошенное в землю, произращает тучную жатву, так и милостыня приносит полные рукояти правды и произращает бесчисленные плоды» /X:644/.