Огнь Христов: День памяти святой Поплии исповедницы, диакониссы

Огнь Христов: День памяти святой Поплии исповедницы, диакониссы

Антиохия – в начале Христианства – столица Востока, где язычество являлось в полноте безобразия: здесь был сброд магов, мимов (актеров – примеч. ред.), жрецов, город плясок, вакханалий, оргий исступленных, разврата наглого, роскоши бешеной. Чудная перемена произошла в столице, когда явилось тут Христианство.
При святителе Златоусте в Антиохии и ее окрестностях были уже целые сонмы чистых дев:
«Девы, еще не достигшие двадцатилетнего возраста, проводившие все время в своих покоях, воспитанные в неге, почивавшие на мягком ложе, пропитанные благовониями и дорогими мастями, нежные по природе и еще более изнеженные от усердных ухаживаний, не знавшие в продолжение целого дня другого занятия, как только украшать свою наружность, носить на себе золотые уборы и предаваться сластолюбию, не делавшие ничего даже для себя, но имевшие множество служанок, носившие одежды более нежные, чем самое их тело, употреблявшие тонкие и мягкие покрывала, постоянно наслаждавшиеся запахом роз и подобных благовоний, – эти девы, быв внезапно объяты огнем Христовым, бросили всю эту роскошь и пышность; забыв о своей нежности, о своем возрасте, расстались со всеми удовольствиями, подобно храбрым борцам, вступили на поприще подвигов. Я слышал, что эти столь нежные девы достигли такой строгости в жизни, что надевали на свои нагие тела самые грубые власяницы; ноги их оставались босыми, и ложем их были тростниковые прутья, большую часть ночи проводили они без сна. Трапеза у них бывает только вечером, трапеза, на которой нет ни трав, ни хлеба, а только бобы, горох, елей и смоквы. Постоянно заняты они прядением шерсти и другими более трудными рукоделиями, чем какими занимались у них служанки. Они взяли на себя труд лечить больных, носить одры их, умывать ноги им. Такую имеет силу огонь Христов!»
При Златоусте в Антиохии явились даже и порицатели девства, точно такие же, каковы они и ныне. Нового не придумали новые умники, а повторяют старое, изношенное. Для них святитель Златоуст писал в Антиохию обширное сочинение о девстве. Дав понятие об истинных девах, показав и то, что между еретиками не может быть истинных дев, как не было их между язычниками, он пишет:
«Скажет кто-нибудь: если лучше не касаться жены, то к чему же введен в мир брак? Что помешает быть истреблену людскому роду, если на место умерших не будет рождающихся? Род наш держится не силою брака, а силою Господа, сказавшего: „Раститеся и множитеся“ (Быт. 1, 28). <…> Без воли Божией брак не умножит людей и девство не уменьшит. <…> Не девство грозит гибелью людскому роду, а грозят беззаконные сожития. Это показано в быстром истреблении всех животных при Ное. Если бы сыны Божии воспротивились гнусной похотливости и не смотрели преступными очами на дщерей человеческих, погибель не пришла бы. Когда мир весь наполнился людьми, остается одна причина брака – предотвращение нечестивой похотливости».
Святитель показал, что всякий брак есть неотвратимое рабство; как легче деве, чем замужней, достигать Царства Небесного.
Христовым огнем горела душа благородной антиохиянки – святой Публии (Поплии). Она была выдана замуж за благородного антиохийца, но он скоро умер. Благословенным плодом честного брака был сын Иоанн. Блаженная Публия со времени вдовства своего вела жизнь строгую, в посте и молитве. Почтенная священным саном диаконисы, она собрала себе дев и вдов, решившихся, подобно ей, жить для Господа. С ними постоянно славила она Творца и Спасителя Бога.
На престол Империи взошел Юлиан и открыто встал на сторону язычества. Когда отступник шел мимо обители дев, подвижницы громче обыкновенного запели псалмы; нечестивец с гневом запретил петь, когда он будет проходить мимо. Когда Юлиан снова проходил мимо обители, святая Публия начала петь: Да воскреснет Бог, и расточатся врази его (Пс. 67, 2). Юлиан в бешенстве велел привести к себе начальницу хора и приказал слуге бить по щекам проповедницу правды, и тот обагрил свои руки кровью ее. Безтрепетная диакониса говорила Юлиану, что жалеет о больной душе его, но считает истину Божию выше всего. С хвалою Богу на устах возвратилась она в свою обитель. Недолго после того длилась жизнь ее: она с миром предала дух свой Господу, а Юлиан погиб на войне.