Несостоятельность возражений против монашества: Поучение в день памяти преп. Григория Декаполита

Несостоятельность возражений против монашества: Поучение в день памяти преп. Григория Декаполита


I. Преп. Григорий, память коего совершается ныне, родом из Декаполя в Исаврии, с детства полюбив учение, достиг обширного образования, но рядом с этим, под влиянием благочестивого домашняго воспитания, еще ревностнее изучал и любил священное писание и свято, уже с 8 летняго возраста, соблюдал такую жизнь, какую предписывало оно. Достигнув совершенного возраста и уклоняясь от брачной жизни, он оставил свой родной дом и «принял иночество». Не избирая для себя постоянного пристанища, Григорий ходил по разным странам, и так как в то время сильно распространены были еретические учения, то он деятельно вразумлял повсюду заблуждающихся, утверждал народ в православии и утешал посещениями своими томящихся в заключении. Этот подвижник св. веры и благочестия мирно скончался в Константинополе около 820 г. Св. церковь так прославляет его: «светлое тя солнце церковь познавает, добродетелей красотами и исцелений лучами всех просвещая, Христов угодниче; темже празднуем честную память твою и почитаем подвиги твоя, всеблаженне отче премудре Григорие!»
II. Мы сказали, что препод. Григорий с детства полюбил благочестивую жизнь и по достижении совершеннолетняго возраста принял монашество. Мы слышали также, сколько добра он сделал и как за это прославляет его св. церковь. Подобную же пользу принесли церкви и ближним и другие монахи. Тем не менее в наше время слышатся разныя возражения против монашества, несостоятельность коих совершенно не трудно показать. Мало того: можно удивляться, как можно возражать против того, что достойно не порицания, а, напротив, самого горячаго сочувствия и одобрения. Только злой дух времени, не без влияния врага нашего спасения, может предлагать мнимо научныи основания для возражений против монашества.
а) «Монашество», говорят, «несовременно; оно отжило свой век». Если так, то и христианство будет уже несовременно, потому что обеты монашеские прямо вытекают из духа евангелия и основываются на учении Спасителя и Его апостолов о высших степенях христианской жизни. Кроме заповедей общих для всех христиан без различия, евангельским учением и церковию предлагаются советы для желающих подражать ангельскому житию; эти советы состоят в соблюдении постоянно девства (целомудрия), совершенной нестяжательности и полного послушания, а за сим в усиленной молитве и постничестве. Как же называть несовременными эти высокие добродетели? Ужели можно ограничивать каким-либо временем лучшия, святыя стремления безсмертного нашего духа? И если наш век называется веком просвещения или прогресса – движения вперед во всем, то на каком же основании уничижать желание стремящихся выше и выше к Богу по своей жизни? – Итак называть монашество несовременным не только несправедливо, но и грешно.
б) «Монашество», говорят, «неестественно». Но разве все то хорошо, что естественно? Если действовать и жить только по закону природы, поврежденной, то христиане ничем не будут отличаться от язычников. По «естеству» человек «чадо гнева Божия» (ЕФес. 2, 3), и не может спастись. Для того и дана нам религия христианская сверхъестественная, чтобы мы спаслись благодатными средствами; а по естеству мы так слабы, что не можем совершить ни одной добродетели по чистым побуждениям. Благодать Божия обновляет природу нашу и дает ей силы, способныя переносить такие подвиги, которые и немыслимы для человека только естественнаго. Она немощное врачует и оскудевающее восполняет. И при ее помощи иночество вовсе не будет неестественным и неудобоносимым игом для того, кто принимает его добровольно, не по разсчетам, не для виду, кто старается нести его с терпением и внимательною борьбою с разными искушениями. «Сила Божия в немощи совершается» (2Кор.12, 9): человек слаб, склонен к грехопадениям, но всегда может быть силен и тверд благодатию Божиею. А горе иноку, который понадеется на свои силы, на свою естественную твердость. Он неизбежно сделается жертвою своей самонадеянности.
в) Монахов, далее, некоторые несмысленные христиане, почти уже отторгшиеся от св. церкви, клеймят названием празднолюбцев. Но разве можно назвать празднолюбием молитвенный труд и подвиги ради спасения души? Молиться и безпрерывно бдеть над собою, бодрствовать против врагов спасения – мира, плоти и диавола – есть труд самый тяжелый. Пусть осуждающие попытаются ежедневно три раза присутствовать при богослужениях церковных и исполнять положенное правило келейное, и они увидят, что гораздо легче заниматься другими работами, чем тою, которая взята на себя иноками. Кроме того истинные иноки не только не избегают самых тяжких физических трудов, но еще ищут их. Кому неизвестны почти денно-нощные труды преподобного Феодосия печерскаго, препод. Сергия Радонежскаго, святителя Филиппа в Соловецком монастыре и многаго множества других св. угодников Божиих – иноков? Затем, кому неизвестно, что самыя трудныя в духовном отношении обязанности, требующия самого сильного умственного напряжения, весьма охотно для пользы церкви Божией несут иноки? Правда, встречаются изредка плохие иноки, – невнимательные воины духовные; но, братия, будьте осторожны в суждениях о жизни иноков только по некоторым случаям. Может быть в то время, когда вы произнрсите суд о подавшем соблазн каком-либо иноке, – он в слезах изливает душу свою пред Богом, и своим раскаянием давно заслужил прощение свыше.
г) Монашество многие, нанонец, находят излишним, ненужным. Но наши монастыри православные всегда были оплотом благочестия, действовали всегда на пользу отечества, особенно в бедственныя его времена, и служили двигателями просвещения, когда оно не было еще распространено, как ныне. Монашество служило как бы жертвою Богу от мира и, осуществляя в высшей степени все требования христианской религии, служит образцом христианской жизни и распространителем религиозно-нравственного света среди окружающаго населения. Что было бы с миром, во зле лежащим, если бы он не видел образцов св. жизни и если бы он не получал побуждений к высшей жизни от живых образцов благочестия? Да и стоял ли бы он, если бы совершенно оскудел праведник? Уже одна эта заслуга монашества, неизмеримо великая, дает полное право на существование монашества среди христианских обществ. Можно ли после сего порицать монашество и считать его излишним? Чем больше иноков добрых является из среды того или другого общества, тем яснее обнаруживается нравственное направление его. И наоборот, чем меньше, тем яснее упадок пламенного благочестия и самоотвержения духовнаго.III. Возлюбленные во Христе братия! Всегда помнить надобно, что и мирские христиане должны подвизаться в благочестии, чтобы спастись. Без труда нельзя спастись человеку. «Царствие небесное усилием берется, и только усильные искатели достигают его. Как тесны врата и узок путь, ведущий в жизнь», т. е. царство небесное, «и как немногие находят их», говорит Господь (Матф. 11, 12, 7, 13)! Аминь. (Сост. свящ. Г. Дьяченко с заимствов. некоторых мыслей из «Слов и речей» Леонтия, митр. моск. т. I).