Как поступить с «Матильдой»?

История с фильмом должна стать уроком для власти и православной общественности, чтобы не допускать противопоставления православных и Президента …

В праздник Воздвижения Животворящего Креста Господня, в Государственной Думе состоялось заседание Межфракционной депутатской группы по защите христианских ценностей, в котором приняли участие представители Синодальных отделов Русской Православной Церкви, экспертного сообщества и православной общественности. На этом заседании довелось побывать и мне. Речи, которые там звучали, не могли не радовать ухо православного человека: «Матильду» запретить, Мединского в отставку, Учителя «на нары»! Причём, это говорили люди, причастные власти. Мы услышали жаркое и искреннее, хотя притом и сумбурное, выступление Натальи Поклонской. Не менее эмоциональное выступление председателя Общественного совета при Министерстве культуры (уже бывшего) Павла Пожигайло. Довольно резкие оценки депутатов Алексея Журавлева (внефракционный), Владимира Крупенникова (Единая Россия), Анатолия Грешневикова (Справедливая Россия), Александра Ющенко (КПРФ). Выразили своё негативное отношение к фильму и сопредседатели группы Сергей Гаврилов (КПРФ) и Дмитрий Саблин (Единая Россия). Но ведь это и ВСЁ! Это ведь ВСЕ депутаты Госдумы, которые приняли участие в обсуждении! Заходили, правда, еще два депутата от Единой России Виталий Милонов и Александр Карелин, но они посидели немного и ушли.
Справедливости ради надо отметить, что и на прошедшем днём позже закрытом депутатском просмотре с участием режиссера Алексея Учителя присутствовали тоже всего только 10 человек, тоже из разных фракций (единороссы С.Говорухин, С.Боярский, О.Казакова, эсеры Е.Драпеко и М.Емельянов, лдпровец Я.Нилов, коммунистов только вроде там не было), которые, напротив, восторгались фильмом.
Получается, что подавляющее большинство депутатов занимают выжидательную позицию, они боятся высказать определённую позицию по «Матильде». Могут сказать, что это характеризует нынешнее состояние депутатского корпуса, — в депутаты в основном проходят люди, которые остерегаются активности, выступают так, как прикажет партия. Отчасти это справедливо, — конформизма и пассивности у депутатов хватает. Более того, в каких-то вопросах это даже неплохо для стабильности системы. Однако, нельзя сводить всё к депутатскому конформизму. Полагаю, что у части депутатов и чиновников мотивация иная, — нежелание участвовать в скандале, который, по их мнению, «раскачивает ситуацию».
И вот с этим нужно разобраться обстоятельнее. Поскольку этот вопрос касается, прежде всего, нас, православных. История с фильмом «Матильда» в итоге может привести к тому, что православных противопоставят Президенту Путину. Думаю, в чьих-то головах такой план имеется. И нельзя сказать, что этот план абсурден.
На днях был на литургии в храме в окрестностях Санкт-Петербурга. Встретил там давнего читателя «Русской народной линии». После службы поговорили о наболевшем, и разговор зашел о фильме «Матильда». Мой собеседник — человек образованный, церковный, с немалым жизненным опытом. Он, хотя и живет в деревне, но следит за церковной и политической ситуацией, о чем свидетельствует хотя бы то, что он регулярно читает РНЛ. Неожиданно он сказал: «Если «Матильду» покажут, я перестану поддерживать Путина».
Я возразил в том смысле, что Путин — такая же жертва ситуации с кощунственным фильмом, как и все мы, православные. Поэтому мы должны понять суть этой провокации и, напротив, поддержать Путина. А бороться нужно против тех, кто подобного рода провокациями раскалывает общество.
Сегодня ситуация вокруг «Матильды» искрит. Такое впечатление, что для борьбы с противниками «Матильды» наняты профессиональные политтехнологи, киллеры информационной войны. По крайней мере об этом свидетельствует циничная и агрессивная кампания по дискредитации православных. В ход пущен самый эффективный способ антицерковной информационной войны — издёвка и глумление над святынями. Расчёт предельно циничен, либо мы будем терпеть глумление над нашими святынями, и тогда оно будет расти, как снежный ком, либо мы резко ответим, и тогда против нас можно будет применить дубинку правосудия. Именно такая комбинация была разыграна против «Русской народной линии», когда депутат Госдумы Оксана Пушкина подала иск в прокуратуру, обвинив нас в экстремизме за резкий ответ на провокационный и глумливый материал сайта «Фонтанка». Ведется кампания по дискредитации и других активных противников «Матильды».
Так в чем же суть конфликта вокруг «Матильды»? Почему так заискрило от этого фильма? Почему Владимир Путин является такой же жертвой конфликта и скандала, как и миллионы православных людей. С этим стоит разобраться подробнее.
На мой взгляд, конфликт вокруг «Матильды» носит глубинный характер. Дело тут не в активности РНЛ, которая чуть ли не ежедневно публикует материалы, посвященные кощунственному фильму, Натальи Поклонской или организации «Царский Крест».
Некоторое время назад «широко известным в узких православных кругах» публицистом Дмитрием Абрамовым, рассылающим по сети свои заявления под именем «Профком музея имени Андрея Рублева», была вброшена версия создания фильма как личного заказа Владимира Путина. Эта версия в разных вариациях звучит не только в православных, но и в либеральных изданиях. Доказательства выдвигаемой версии внешне кому-то могут показаться убедительными. Неслучайно, многие православные, насколько мне известно, клюнули на эту информационную утку.
Собственно аргументов у Абрамова три. Первый. Владимир Владимирович не любит Императора Николая Второго, о чём свидетельствуют несколько его небрежных высказываний о Царе. Объяснению причин, почему Путин не любит Государя, посвящено много места в опусе Абрамова, но главное доказательство — две фразы Президента: про «Николая кровавого» и про то, зачем Царь гулял по крышам Кремля. Спекуляции на этот счет в социальных сетях идут давно. Не беда, что фразы Президентом были брошены вскользь, в разговоре, если их вырезать и преподнести в нужном контексте, можно получить должный эффект. Второй. Первоначальный сценарий чисто биографического фильма о Матильде Кшесинской был заменен, новым сценаристом стал писатель и журналист Александр Терехов, который то ли бывший сотрудник спецслужб, то ли тесно связан со спецслужбами. Мол, заказ оттуда. Третий. И это, пожалуй, главное. Финансирование «Матильды» обеспечил помощник Президента Владимир Кожин, который 14 лет был управляющим делами Президента, т.е. входит в ближний круг Владимира Путина.
Выглядит вроде убедительно, даже похоже на аналитику. Но только до тех пор пока мы не зададим один наивный, «детский» вопрос: А зачем Владимиру Путину такой фильм? Тут дело не только в том, что «Матильда» вызывает недовольство православных, провоцирует напряжение в обществе в канун президентских выборов. Ведь косвенно фильм бьёт и по Путину как по преемнику Царя-Страстотерпца, по нынешнему носителю Верховной власти.
Понимая несуразицу версии Д. Абрамова, Владимир Семенко в статье «Вокруг Матильды» предложил несколько измененную версию появления фильма. Семенко справедливо предлагает поместить проблему «Матильды» в контекст внутриполитической борьбы, совершенно справедливо называет «Матильду» «политическим проектом», а не явлением культуры. По мнению автора, Путин здесь не причём, а всему виной происки «пятой колонны» в окружении Президента. За «Матильдой», мол, стоит либеральная группа в истеблишменте, одной из ключевых фигур которой является пресс-секретарь главы правительства Дмитрия Медведева Наталья Тимакова. Косвенным свидетельством правоты Семенко вроде как является недавний скандал с обвинениями в ее адрес со стороны нашего кинематографического мэтра Никиты Михалкова. Однако тут есть одна загвоздка. Если следовать логике Семенко, тогда в «пятую колонну» нужно записать Владимира Кожина, что абсурдно.
На мой взгляд, мы не поймём появление «Матильды» и всю шумиху вокруг неё, если будем рассматривать проблему только в контексте внутриэлитной борьбы. Она, эта борьба, несомненно, имеет место быть, и проект «Матильда» имеет к ней отношение. Но проблема гораздо глубже. Она носит, я бы сказал, не столько политический, сколько историософский характер. О чем речь?
В марте 2014 года произошло, без сомнения, историческое событие в истории нашей страны. Воспользовавшись организованным странами Запада государственным переворотом в Киеве, Владимир Путин поддержал процесс «возвращения Крыма в родную гавань». Первый случай возвращения утраченных в предательские 90-е годы земель вдохновил широкие слои общества. Рейтинг Путина поднялся на невероятную высоту. Путин мгновенно превратился из избираемого на определённый срок главы государства в Национального лидера России. Возвращение Крыма воодушевило народ, сплотило вокруг Президента широкие слои общества. Сложился так называемый «крымский консенсус», объединивший самых разных людей. За бортом «крымского консенсуса» оказалась только узкая прослойка либеральной интеллигенции, ставшая абсолютно маргинальной политической силой из-за отказа поддержать возвращение Крыма и из-за поддержки прозападного киевского режима.
Кто стал лицами «крымского консенсуса», помимо самого Национального лидера? Руководители Крыма — Сергей Аксёнов, Владимир Константинов, Алексей Чалый (к сожалению, вскоре выдавленный из истеблишмента), Наталья Поклонская. Главные министры, участвовавшие в процессе — Сергей Шойгу, Сергей Лавров, Владимир Мединский. В медийной сфере — Владимир Соловьев, Дмитрий Киселёв, Максим Шевченко, Петр Толстой, Елена Ямпольская. Из «крымского консенсуса», кстати, и режиссёр Алексей Учитель. Он был в числе тех представителей российской общественности и деятелей культуры России, кто подписал коллективное обращение в поддержку позиции Президента по Украине и Крыму, опубликованное 11 марта 2014 года в газете «Известия».
Возвращение Крыма объединило «белых» и «красных», православных и мусульман, русских националистов и умеренных либералов. Однако, поскольку этот консенсус был ситуативным, он не был прочным, ему нужен был идеологический фундамент. Кстати, первыми откололись от «крымского консенсуса» русские националисты во главе с Игорем Стрелковым (Гиркиным), требовавшие от власти решительных действий на украинском направлении, ввода войск, похода на Киев и т.п.
Думаю, потребность переформатирования «крымского консенсуса» ощущал и сам Владимир Путин. Нужно было подвести под консенсус прочную идеологическую базу. Об этом свидетельствуют его дальнейшие шаги. Поскольку прямые и однозначные действия не в стилистике Путина, он действовал скорее в символическом пространстве.
После Крыма в символическо-идеологической сфере произошли два важных события. В мае 2016 года Владимир Путин совершил визит на Афон, где его принимали как Верховного покровителя Православия с императорскими почестями, на что все обратили внимание. И вроде Путин тут не причём, всему виной греки, афонские монахи, но сигнал политическому истеблишменту о необходимости переформатирования Верховной власти был послан. Причем, важно откуда был послан. Все понимают современное значение Афона для Вселенского Православия.
Второй сигнал Владимир Путин послал политическому истеблишменту публично причастившись в июле 2016 года на Валааме. Раньше мы видели Путина в храме во время богослужений, было много разговоров, что у него есть духовник, что он причащается, но всё это было на уровне слухов. А тут публично, на камеру (берите с меня пример, коллеги-чиновники!) Национальный лидер причащается. И происходит это тоже в символическом месте, — Валаамский монастырь в новейшее время стал не только «витриной» Русской Церкви, но и одним из важнейших духовных центров.
Думаю, такой идеологический крен не понравился многим медийным лицам «крымского консенсуса». Неслучайно эти два события не получили должного освещения в государственных СМИ.
Причём, всё это происходило на фоне того, что в обществе всё чаще стала подниматься тема монархии. Несколько раз в привычной для него шутовской манере монархическую тему озвучивал Владимир Жириновский, то предлагавший переименовать должность Президента в Императора или Правителя, то прямо призывавший изменить форму правления с республиканской на конституционно-монархическую.
Думаю, именно на этом фоне и в связи со сложным событием 100-летием революции и появилась идея снять красочный костюмированный фильм на царскую тему. Причём, как неоднократно подчеркивал А. Учитель, главный мессидж фильма состоит в том, что Царь выбирает между долгом и личной жизнью в пользу долга. Тут содержится прозрачный намёк на известные обстоятельства личной жизни Владимира Владимировича. Ну и хотели еще раз вбросить в общество монархическую тему. Думаю, именно этим можно объяснить участие в проекте «путинского человека» Владимира Кожина.
Но вот незадача — дело поручили режиссеру, который не чувствителен к русскому сердцу, к православной душе русского народа. Но кто из тех, кто принимал решение, думал об этом?! Главное — режиссер свой, известный в кинематографической тусовке, из «крымского консенсуса». Да и оказался в теме, снимал уже фильм о Матильде Кшесинской, надо было только малость изменить сценарий, ну и деньжат подбросить.
Вот в чём главная ошибка Кожина и других спонсоров и инициаторов фильма! Поручили бы съемку фильма Никите Михалкову или Карену Шахназарову, они бы не сняли подобной пошлятины и кощунства! Но подвернулся под руку Алексей Учитель…
У нас в патриотической среде принято ругать Алексея Ефимовича Учителя, изображать его каким-то невероятным злодеем. Думаю, это не так. Учитель сам оказался, в определённом смысле, заложником ситуации. Он добросовестно снял фильм на предложенную тему, положив в основу примитивную, но беспроигрышную для массового зрителя схему «любовного треугольника», выбора между любовью и долгом. Как это принято в современном кинематографе, включив в фильм откровенные постельные сцены, — а как иначе, без этого невозможно рассчитывать на премии. Но, будучи человеком нецерковным и нечутким в движениям русской православной души, он даже не подумал, что оскорбляет чувства верующих.
Думаю, протесты православных для него стали полной неожиданностью, особенно реакция причастных к искусству архиереев выпускника ВГИКа епископа Тихона (Шевкунова) и профессионального композитора митрополита Илариона (Алфеева), давших нелицеприятные для Учителя характеристики фильму: «апофеоз пошлости».
Нельзя сказать, что Учитель полностью проигнорировал критику в адрес фильма, хотя и всячески своё создание защищал. После критики он начал судорожно переделывать картину. Вынужден был отложить презентацию и выпуск фильма, — «Матильду» планировали показать к 100-летней годовщине февральского государственного переворота. Отложили на октябрь, хотя лично для Учителя это означало не успеть завиться на «Оскар» (куда, впрочем, он и без того не попал, возможно, из-за скандала).
Думаю, с фильмом «Матильда» всё произошло по классической формуле политического мудреца постсоветской России покойного Виктора Черномырдина: «Хотели как лучше, а получилось как всегда». Хотели сделать красивый фильм на тему монархии с некоторой пропагандой «демократической альтернативы». Как можно судить по трейлерам и обсуждению, в фильме проводится идея, что, мол, Николай Александрович мог сделать выбор в пользу морганатического брака с Матильдой Кшесинской, и тогда Императором стал бы его брат Михаил Александрович, который, мол, не был таким «упертым сторонником самодержавия», и Россия стала бы конституционной монархией, и тогда не было бы революции. Сама эта идея, конечно, бредовая, она не только не основана на исторических фактах, но и свидетельствует о непонимании ее авторами судьбы и предназначения России. (Кстати, на тот момент еще был жив другой брат Георгий Александрович, которого современники считали еще более «упертым сторонником самодержавия»). Это, в свою очередь, свидетельствует о том, что исполнителей для замысла красивого фильма о монархии подобрали недостойных, не только исторически безграмотных, но и далёких от православия.
В результате фильм превратился в кощунство над святыми Русской Православной Церкви и возник скандал. В итоге вместо красивого фильма на тему монархии появился скандальный, пошлый, кощунственный фильм, который а) роняет авторитет Верховной власти, б) создает на пустом месте конфликтную ситуацию, противопоставляет православных Владимиру Путину, и как раз в канун президентских выборов.
Кстати, скандал вокруг фильма «Матильда» уже сыграл и свою положительную роль в общественном пространстве. Во-первых, либералы убедились, что православные существуют, что мы — сила, что с нами придётся считаться. Во-вторых, конфликт вокруг фильма ясно и остро поставил вопрос о необходимости государственной политики в области кинематографа и культуры в целом, чтобы не отдавать на откуп режиссерам, подобным Учителю, вопросы о том, что снимать или что ставить. Это должно решать государство, которое финансирует сферу культуры. В пределе речь идёт о той или иной форме цензуры, которая существует во всех странах, чтобы там ни говорили борцы за абсолютную свободу от всяких нравственных и религиозных табу.
Наконец, в-третьих, и это главное. Конфликт вокруг «Матильды» неожиданным образом переформатировал актуальную общественную повестку дня. Власть в начале года с тревогой ждала 100-летие Октября и, судя во всему, не знала, как на это реагировать. Некоторые экстремисты даже пугали власть повторением революционных катаклизмов. Сейчас мы видим, что тема «Матильды» практически вытеснила тему 100-летия большевистской революции, а это уже другая дискуссия. Не думаю, что создатели «Матильды» заранее планировали такой сценарий, это произошло само собой, а нам, православным, понятно, что это произошло промыслительно. Получается, что Государь-Мученик Николай даже таким образом снова постоял за свой народ, отводя угрозу повторения революции.
Так что же теперь делать? Есть ли выход из сложившейся ситуации? Мы, православные, понимаем, что безвыходных ситуаций не бывает. Но теперь перед нами стоит серьезная опасность, как не попасться на удочку творцов катаклизмов и не оказаться в оппозиции Президенту России Владимиру Путину.
Выход из конфликтной ситуации может быть только на основе компромисса, этому учит нас жизнь. Какой же компромисс возможен в случае с «Матильдой»? На мой взгляд, выход из сложившейся ситуации предложил Павел Пожигайло на той самой дискуссии, которая состоялась в Государственной Думе в праздник Воздвижения Креста Господня, с чего я начал статью. Это по-настоящему компромиссный вариант решения проблемы. Суть предложения Пожигайло проста — Учитель должен отложить презентацию фильма на два года, поскольку ни сейчас, когда конфликт достиг высокого градуса, ни в следующем году, когда мы будем вспоминать 100-летие убиения Святой Царской Семьи, показывать такой фильм нельзя.
Причем, желательно, чтобы Алексей Ефимович Учитель сам принял такое решение. Этим он бы показал не только свою причастность к национальному единству, но и сделал бы жест вежливости в адрес православного сообщества.
А за эти два года можно было бы организовать уважительную дискуссию сторонников и противников «Матильды».