ДЕВИЧЕСКОЕ ЦЕЛОМУДРИЕ

Девическое целомудрие

Потупляет стыдливая девица очи свои, как Ревекка, узрев еще издали Иакова, идущего к ней, — как книга первая Моисея пишет, — она закрыла тогда лицо свое (Быт. 24,64-65), и каждая стыдливая девица закрывает окна сердца своего, ибо сердце всегда прельщается очами. И ты блюди, чтобы девический стыд являл пристойную красоту, очи в землю потупляя, и ты, когда на тебя человек взирает, покраснев, очи свои не поднимай, но взгляд свой в землю опускай. Когда краснеют девицы и молодые невесты, также и замужние, — это достохвальная краска. Об этом и Диоген пишет, что покраснение есть признак благочестия.
И Назианзин увещевает, что единственный цвет у девиц приятен, это когда она краснеет, потому что это от стыдливости происходит.
В других странах, когда девица в день замужества своего должна идти в церковь и ее к этому готовят, девиц, при ней находящихся, потчуют горячим вином с сахаром и корицей, добрым винным супом, чтобы покушали. А при этом их увещевают, что от этого будут они изрядно красны, когда придут в церковь. Но если невеста сама по себе не может от стыда краснеть, то винный суп недолго может краску в лице удержать, и притворная краска недолго простоит.
Считается за добрый признак краска, от стыда на лице появляющаяся. О том и Терентий повествует: «Кто от стыда покраснеет, тот нужды не имеет». Иные же безумные бледнеют, но это, однако, не всегда злом бывает, но краснота все же приятнее и похвальнее.
Стыдливая девица не только в лице краснеет, но и стыдливые имеет уши. Смутится, когда бесстыдное слово услышит, или легкомысленные, неискусные издевки и скверные песни, истинная девица потупит лицо свое, будто бы она не понимает смысла или, встав, отходит подальше, а которая смеется и потакает, та не лучше других. Григорий Назианзин, советуя нам, вопиет: «От скверных слов и соблазнительных песен заключи уши твои воском, употребляй уши всегда для честных и похвальных дел и вещей». Кто стыдлив, тот никогда не скажет скверного слова. Честный стыд возбраняет бесчестные слова, которые не только благочинным девицам, но и благочинным мужчинам досаждают, когда кто-то сквернословит пред женскими персонами и молодыми людьми.
Дочь слепого Алия из-за легкомысленного слова принуждена была заплатить денежный штраф. Чистая девица должна не только чистое тело иметь и честь свою хранить, но должна и чистое и целомудренное лицо, очи, уши, уста и сердце иметь. Некоторые девицы, правда, ради чести с виду смирны, однако блудными поступками, легкомысленными словами и знаками подозрительными сами себя портят.
При знакомых людях можно себя оправдать и от подозрения освободиться, но у незнакомых может человек вскоре в подозрение впасть. На человека незнакомого может всякое подозрение пасть. Молодая жена, которая с молодым мужчиной кокетничает и с ним неудачно шутит, и тайно в уши шепчет, кто такую может от подозрения оправдать.
Древний Антистиус дочь свою изгнал из-за этого, всего-навсего увидал, как она с подозрительным человеком говорила, а на самом деле, только со служанкой.
Сулпитин галл, также дочь свою от себя изгнал ни за что иное, как за то, что она с непокрытой головой через улицу перебежала. О состоянии и нраве свидетельствует девическая походка: по тому, что девица выступает павою, сразу видно, что она хочет себя людям показать, даже если прошла она всего одну улицу.
Непорядочная девица со всяким смеется и разговаривает, бегает по причинным местам и улицам, разиня пазуху, садится к другим молодцам и мужчинам, толкает локтями, а смирно не сидит. Поет блудные песни, веселится и напивается пьяна. Скачет по столам и скамьям, дает себя по всем углам таскать и волочить, как стерва. Ибо где нет стыда, там и смирение не является. Об этом говорит избранная Лукреция, спрашивая: «Если девица потеряет стыд и честь, то что у нее остаться может?»
Премудрый Демадий говорит: «Если стыд у девицы есть — это ее преславная красота и похвала». Еще и Павел говорит, что тот сам потерян, кто стыд свой потерял.
Древний поэт Бахилидий в притчах пишет: «Когда идол изрядную голову имеющий, потеряет ее или уронит, то оставшийся после этого болван совсем красоты своей лишится. Так и все другие добродетели: если не украшены они благочинством и стыдливостью, не имеют похвалы».
Лютер написал: «Человеку не может быть ничего приятнее и угоднее, чем благочинная девица». Греческий стихотворец Теогений, соглашаясь с этим, говорит: «Нет ничего приятнее, чем девицы благочинного нрава». С богобоязливой и благочинной девицей приходит счастье и благословение в дом. И такое целомудренное, чистое и верное сердце может молитвой своей у Бога получить богатую милость, потому что Бог — существо целомудренное и хочет от целомудренных сердец призываем быть. Об этом пишет Стигелий: «Чистое сердце и целомудренная мысль Богу очень приятны бывают. Настоящая добродетель рождается от чистого и непорочного сердца».
Когда сердце чисто молится, тогда и тело будет нескверно, хотя змий сатанинский сетью своей христиан улавляет. Когда девица в церковь, на торг, в гости или на свадьбу идет, надлежит и в походке следить за собой, и по походке также судят о девицах. Назианзин пишет: «Ноги, ступающие гордо, не любят благочинства, может в такой походке и резвость быть».
По платью также примечается, сколько в ком благочинства или неловкости: легкомысленная одежда, которая бывает тщеславна и выше меры состояния хозяина, показывает легкомысленный нрав. Ибо для чего девице (которая только ради чести одежду носит, для одеяния) в убыток и в долги впадать? Такого честная девица никогда не делает.
По поступкам, словам и нраву познается девический стыд и благочинство. Если ей за столом случится сидеть возле грубого невежи, который ногами сучит и несмирно сидит, и она должна встать из-за стола.
Благочинная девица досадует, когда ее кто-либо искушает. Она считает, что такой искус к лицу невежам, подобным искусителю, а не ей, после этого искушать ее не станут.